Николай Иванович Волгин (1924 —2008)

Николай Иванович Волгин

Родился в Ярославле. С ноября 1942 года по декабрь 1945 года проходил службу в армии, с августа 1943 года по май 1945 года принимал участие в боевых действиях на Воронежском и 1-ом Украинском фронтах, освобождал Прагу, дошёл до Берлина, награжден орденами Отечественной войны 2 степени, Красной звезды, медалью «За отвагу».

В 1955 году окончил Всесоюзный юридический заочный институт. В органах прокуратуры Ярославской области с 1950 года по 1983 год. Работал народным следователем Середского района, прокурором Большесельского района (1952-1955), помощником прокурора Ярославского района, прокурором отдела общего надзора прокуратуры области (1955-1957), прокурором (1957-1959) и начальником следственного отдела (1959-1962), прокурором города Ярославля (1962-1963), прокурором Ленинского района г. Ярославля (1963-1965), заместителем прокурора Ярославской области (1965), первым заместителем прокурора области (1965-1983). После выхода в отставку, в 1983-1984 годах работал помощником Ярославского транспортного прокурора. Старший советник юстиции. Неоднократно поощрялся приказами Генерального прокурора СССР, прокурора РСФСР и прокурора области. В 1982 году награждён нагрудным знаком «Почётный работник прокуратуры», в 2008 году награждён медалью «Ветеран прокуратуры».

«Наше поколение воспитывалось с детских лет в уважении к нашей Армии, мы верили и были убеждены в ее победе над любым врагом, который нападет на нас.
Меня лично объявление о начале войны застало в автомеханическом техникуме, где я сдавал последний экзамен за второй курс. Никакой паники среди учащихся не произошло, и все выражали желание идти в военкомат для записи добровольцами на фронт. Наш директор техникума порекомендовал разойтись по домам, но поддерживать постоянную связь с техникумом. А примерно через месяц полным составом мы выехали на строительство оборонительных сооружений на Свирьстрой. Условия работы и быта - тяжелейшие, длительные пешие переходы, но никакого ропота не было.

После возвращения в Ярославль - работа на Автозаводе, без отрыва от производства - учеба в автошколе и уже в день, когда мне исполнилось 18 лет, -приказ военкома о призыве на воинскую службу. Проходил ее в 1075-м истребительном противотанковом артиллерийском полку, за время войны получившем наименование Киевско-Изяславского, Краснознаменного, орденов Богдана Хмельницкого и Кутузова. Участвовал в боях в качестве механика-водителя в битвах на Курской дуге, освобождении Украины, Польши, Чехословакии.

Направлялись, как правило, в различные прорывы, на форсирование рек, на все танкоопасные направления. Первоначально пришлось тяжеловато из-за недостаточного опыта, но это восполнялось братской взаимопомощью. Мне помогали, и я, набравшись опыта, помогал другим.

Вспоминается такой эпизод. Наш полк после успешного прорыва на Сандомирском плацдарме в январе 1945 г. вел бои на подступах к Одеру. Однажды пришлось переправляться без моста через небольшую речку, покрытую тонким льдом. Я шел первым, так как у меня был «студебеккер» высокой проходимости с тремя ведущими мостами. Лед проломился, но глубина была незначительная, и я благополучно переправился с пушкой на другой берег. Следовавшая значительно правее машина на середине речки провалилась, мотор заглох. С большим трудом мне удалось вызволить ту машину из ледового плена, выкупавшись по пояс в ледяной воде. Выливать воду из сапог, отжимать белье некогда, идет бой, только вперед. К концу дня я почувствовал страшную слабость. Остановились около полуразрушенного дома. Меня под руки вывели из кабины. Вызвали полкового врача, который определил воспаление легких и предложил отвезти в госпиталь. Командир батареи возразил, так как в ближайшее время должен поступить приказ о форсировании Одера. Я тоже не хотел отставать от своего полка, и доктор махнул на нас рукой. Два дня я провалялся в подвале под присмотром санинструктора, пил какую-то микстуру, но температура и слабость не проходили.

Великая Отечественная Война

А тут поступил приказ двигаться к понтонной переправе. Видя мое состояние, комбат приказал сесть за руль моей машины комвзвода, а мне садиться рядом и «командовать, какие рычаги переключать и какие педали нажимать». Так мы добрались до моста, который обстреливался противником. Комвзвода остановил машину и заявил, что дальше он вести не рискует. Мы поменялись местами, и я двинул машину на мост. Мост без ограждения, под действием тяжести «дышит», слышен визг мин, и видны взрывы снарядов. Обливаясь потом, вцепился в руль и благополучно переправился на другую сторону реки. Впереди был немецкий город Бриг-олау. Поставили пушки на огневые позиции, а через несколько дней, сломив сопротивление противника, овладели этим городом и устремились вглубь Германии. После такой переправы мою болезнь как рукой сняло, и друзья, чокаясь кружками с боевыми «сто грамм», поздравляли с успешным выздоровлением.
Были мы тогда молодыми и, видя много крови, трупов, не испытывали страха.

Вспоминается эпизод, связанный с форсированием реки Стрыпы в Тернопольской области летом 1944 года. Нашей батарее был дан приказ переправиться по сохранившемуся деревянному мосту в створе деревень Купчинцы и Денисов, оборудовать огневые позиции и запереть переправу от возможного контрнаступления противника. Противоположный берег низменный, наших частей никаких нет. Возможно минирование.

Первой была направлена машина с пушкой, управляемая москвичом Соколовым. Переехав мост и еще метров пятьдесят по дороге, он свернул влево и забуксовал. Тут же был подвергнут минометному обстрелу. Один снаряд угодил в машину. Машина заполыхала огнем. Мы все это наблюдали с высокого берега.

Следующий приказ - мне. А я уже прикидывал до него, что сделать. Решил сразу же включить передний мост (уменьшается скорость, но повышается проходимость) и проехал по дороге метров на 20 дальше. Предполагаемая опасность наехать на закопанные мины была все же меньшая. Я двинул машину с пушкой вперед, благополучно проехал мост и прямой участок дороги, свернул налево и, поравнявшись с машиной Соколова, увидел его мертвым. Подойти к нему невозможно, так как кругом летели осколки от взрывавшихся горящих снарядов. И тут уже стали рваться мины, выпущенные противником в мой адрес. Страха не было даже тогда, когда один из осколков прошил рамку лобового стекла и ударил мне в голову, разбив по пути звезду на пилотке. К счастью, рана была не глубокая, но вызвала сильное кровотечение. Поставил в указанное ранее место пушку, подбежал боевой расчет и открыл огонь по противнику. Остальные машины с пушками прошли уже благополучно. В том бою погиб командир батареи и два солдата.

Николай Иванович Волгин

Войну завершил в Праге. Демобилизовался в 1946 году, а в 1950 году пришел на работу в прокуратуру. В те годы пополнение прокуратуры в основном шло за счет фронтовиков. Примерно в одно время со мной определился в прокуратуре бывший авиамеханик М.Г. Блинов, моряки В.Т. Бирюлин, Н.И. Милосердов и К.П. Федоренко, артиллерист В.Ф. Манцев, инвалиды войны Шапырин Н.В., Малышев А.Е., Тимофеев Г.Н., единственный в прокуратуре награжденный орденом «Александра Невского» комроты Будник Н.Г. и многие другие. Воевали все не в одном подразделении, но в прокуратуре все чувствовали взаимную поддержку. Фронтовое братство бессмертно».